Келин Николай Андреевич родился 19 ноября (по ст.ст.)1896г. в станице Клетской Волгоградской обл. В 1908г.поступил в Реальное имени атамана графа М.И.Платова училище в окружной станице Усть-Медведицкой. После окончания поступил в Военно-медицинскую академию на Выборгской стороне российской столицы, из-за Первой мировой войны не закончил академию забрав из академии аттестат, подает прошение о зачислении его в Константиновское артиллерийское училище и получив офицерское звание направляется в 12 армию Северного фронта где участвует в боях командиром батареи. После развала фронта во время революции пробирается на родной Дон,где позже принимает участие в освободительной борьбе против красных. Потом эмиграция. Последнее длительное время жил и работал доктором в Чехии в селе Желив. В его стихах отражена скорбь и тоска по родному Донскому краю об утраченной Родине. Скорбь о казаках умирающих в советских гулагах. Умер поэт 9 января 1970 г.

КЕЛИН 

Николай Андреевич

* * *

Люблю простор полей и волю

И синь лилового тумана,
И ветер, рвущийся по полю,
И дым кочующего стана

 

Люблю ковыльные загоны,
Где шёпот трав так мягко-долог,
Незримых жаворонков звоны,
И неба огненного полог.

 

Люблю следить, как коршун дикий,
На солнце вылинявший летом,
Из синевы роняет клики,
К земле снижаясь рикошетом.

 

Люблю дыхание полыни,
И в степь бегущие дороги,
И красоту широких линий,
И гумен выцветшие стоги.

 

И эти старые курганы –
Зипунных рыцарей могилы,
Где спят былые атаманы
Эпохи вольности и силы…

* * *

Капли дождевые по траве зелёной

Разбросали слёзы золотого дня…
Молча загрустили у окошка клёны,
Клены у окошка слушают меня…

 

Я пою о доме, о безмерной дали,
О тоске кабачной сонных деревень,
Где осенний ветер пьяные печали
По полю разносит каждый Божий день.

 

Русь моя родная! Русь, о где ты, где ты?
Кто закрыл дороги нам в твои леса?
Песни, наши песни вечно не допеты,
В каждой русской песне жгучая слеза…

 

Там гуляет ветер по полям широким;
Носит вести с Юга на далёкий Дон;
Носит песни наши дедам одиноким
В мёртвые станицы, где родимый дом…

 

Там нас ждут давненько… Ждут и дни и ночи…
Молятся ночами в тёмные углы…
Матери-старухи проглядели очи,
Матери-старухи память сберегли –

 

Память о далёких сыновьях в неволе,
Память о чубатых, бравых казакх,
Что певали песни на курганах в поле,
Что плясали лихо в пьяных кабаках…

 

***

Люби, казак, донскую степь,..

Храни чекмень от моли,
Сплетай тоску в тугую плеть, 
Остри мечту о воле.

Кто в битвах за Дон молча пал, 
Кто блюл законы Круга,
Кто с Харитонычем за Сал 
Ходил в снега и вьюгу —

Не умер тот и не умрёт,
Пока Отчизна дышит;
Донской измученный народ 
Его в сердцах запишет.

* * *

Дону? - Дону слава.
Мёртвым? - Тишь могил.
Храбрым? - Честь и право.
Слабым? - Больше сил.


Нам? - Порыв и взлёты.
Им? - Отмщенья час. 
Степи? - Ширь намёта,
Да ковыльный сказ. 

* * *

Расскажи нам, дед, как Платов 
Гнал полки Наполеона,- 
Как рубили супостатов 
Вы средь сабельного звона;

 

Как ясырь богатый брали 
Вы в набегах молодецких, 
И клинки дамасской стали 
Вы везли из стран турецких;

 

Как на приступах Азова 
Иль-Алла мешалось с гиком — 
И за счастие Петрово,
Кровь текла по вашим пикам;


Как дозоры по курганам 
Сторожили зорко поле,
Как под Карс водил Бакланов, 
Как жилося вам на воле;

 

Как домой, забыв невзгоды,
Шли в столбах дорожной пыли, 
Вспоминая про походы .
Под тягучий свист ковыли;

 

Как вы смело и могуче 
В степь врывались песней звонкой, 
И дрожали подголоски 
Над родимою сторонкой.

 

18-Й ГОД.

Опять, как встарь, шумят майданы, 
Опять кипит державный Круг,
И грозный голос Атамана 
К себе приковывает слух;

 

Опять блестит волной кудрявой 
Почти уснувшая Река,
И песни мощи, песни славы 
Звенят, летят издалека...

 

Опять шумят бурливо сходы,
Над всем царит знакомый звук,
Как в незапамятные годы:
Пернач, булава и бунчук...

 

На площадях ржут звонко кони 
И степь закуталася в пыль,
А по межам призывно стонет 
Седой, задумчивый ковыль...

 

* * *

Забыть ли в белесом рассвете

Мою помертвевшую мать…
И можно ль кому на планете
Об этом без слёз рассказать…

 

Казался не правдой и ложью
Над Родиной вздыбленный вал,
И голос наполненный дрожью,
И смерти холодный оскал.

 

И дед в пиджачишке убогом,
И конь у родного крыльца,
И дальняя эта дорога,
И тень дорогого лица.

 

Как будто вчера это было –
И спешка и сборы в поход…
Мы отдали всё, что нам мило,
Тебе, восемнадцатый год.

 

* * *

Мама, плачешь?..Плачь, родная. 
Брат убит?.. Безусый? Знаю... 
Тихий мальчик синеокий 
Где-то там... в степях далёких?..

 
Твой единый?.. Знаю, мама... 
Знать, судьба... Россия, мама,
Просит жертв. Нельзя закрыться, 
Отвернуть лицо от милой —


Нужно биться..; Смело биться 
За неё с чужою силой...
Вспомни,. мама, — за Россию 
Девятнадцать своих вёсен 


В разорённую стихию 
Брат в бою с улыбкой бросил!..
Не забудут павших в битвах 
В нашу русскую разруху –


Будут в песнях и молитвах 
Славу петь стальному духу...
Имена их в душу на век 
Будут врезаны живыми,


Русь их подвиги прославит,
Русь гордиться будет ими...
Плачь от радости, родная;
Плачь от счастья, что наш милый, 
Край родной оберегая,
Пал в бою с чужою силой...

* * *

Я видел, как оскалив жадно зубы,
Ворвалась к нам голодная орда,
И их вожак, взлохмоченный и грубый,
Вдруг натянул пред домомповода

 

Влетели в дом, обшарили все щели,
Отца срубили шашкой на ходу,
Потом за хутором орали и шумели
И что то страшно ухало в саду.

 

Война! Война!... И с кем о Боже правый!
Века отцы рубились у границ…
Лежат в пыли вскопыченные травы,
А казаков угнали из станиц…

 

В краю, где всё дышало благодатью,
Где в синь воды гляделись тополя,
Теперь не то – там серой, хмурой ратью
Молчат, насупившись, колхозные поля…

 

ЛИЕНЦ

Тут жертвам Лиенца алтарь –
Пред ним, пилигрим, помолись…
О, сердце, за них ты ударь
В набат на весь мир - не ленись!

Здесь Дон погребенный Лежит,
Истерзан, изранен, в крови –
И им должен быть монолит
Поставлен … и пусть журавли,

Над ним пролетая на юг,
Печальную песню споют
О крае метелей и вьюг,
Где зря их родимые ждут…

* * *

Когда над Доном ходят волны, 
Вздымая пену и клубясь,
Когда летят качаясь чёлны, 
Бортами лихо накренясь;

Когда шумит ковыль пред бурей, 
Как бы живой, насторожась,
И молнии в степной лазури 
Дрожат, ломаясь и дробясь;

Когда восточный ветер прянет 
В разгорячённое лицо 
И гром из туч над гребнем грянет 
Многоголосым бубенцом;

Когда с толок потянет горьким 
Полынным запахом степей 
И по лазоревым пригоркам 
Пахнёт родимый суховей —

Тогда, поднявши очи к небу,
Я говорю: Великий Бог!
О, как я рад, как нищий хлебу,   
Что я сподобился, что мог 

Увидеть все угодья эти 
И всё в душе запечатлеть,
Чтоб детям страшных лихолетий 
О красоте Отчизны петь!..

*  *  *

Высоко пройдя в тумане над полями, 
Ты рассыпалась алмазною росой, 
Строгим тополем застыла на поляне,
По траве прошла объимчивой косой.

 

И везде, во всех концах земли широкой,
На морях, в прибое синих волн,
Вижу я Тебя женою властноокой,
На утесы правящей мой чёлн.

 

МАЙ

Воздух пьян и солнце жарче…
Зазвенели перезвоны…
В душах вспыхивают ярче
Прожитые сны и стоны…

 

В даль помчались отголоски
Неизведанных желаний,
В тёплом воздухе берёзки
Растворили запах пьяный…

 

Переливы и изломы
Полудёнок стали резче…
Снова шумы, снова звоны
Долетают из далече.

 

То весна над миром реет –
Разомкнулись снова вежды…
Сердцу легче… Сердце верит… 
Вновь лазоревы надежды…

 

Снова верит, снова знает –
Недалёко до рассвета:
Разве можно в светлом мае 
Не поверить крепко в это?

 

* * *

Ах, молодость! В розовом дыме 
Цветёт и качается сад.
Весенние шорохи ныне
Мне вновь о былом говорят.

 

Ушёл, улетел замирая
Смеющийся призрак весны
В зелёные пролеси рая,
Где дремлют отцветшие сны...

 

А молодость! Вон она птицей 
Уж к западу жизни летит –
Бледнеют знакомые лица, 
Тускнеет мой огненный щит.

 

В погоне за призраком милым
Расколото сердце совсем,
Развеяны буйные силы,
Язык мой и жалок и нем.

 

Но сердце в последнем порыве
Стремится былое вернуть...
Напрасно! На скошенной ниве
Живые цветы не цветут!..

 

* * *

Ты опять пришёл в воспоминаньях...
Но и ты уж тронут холодком. 
Замолчавшей болью расставанья
Мне напомнил снова о былом...

 

Где те годы юности крылатой,
Что дождями вешними прошли,
И шумят ли за родимой хатой,
Как когда-то наши ковыли?

 

Милый друг! А годы улетают...
Улетают годы, милый друг;
Но не ближе мы к родному краю,
Всё тесней сжимающий нас круг.

 

Если можешь — верь! А я не верю боле.
Сердце чуткое подёрнулось ледком... 
Даже петь о старом Диком Поле 
Мне мешает подступивший к горлу ком.

 

* * *

Замелькали станицы и сёла...
Промелькнули поля и стада...
И унёс меня ветер весёлый 
От родимых левад навсегда...

 

Но живут в моем сердце туманы 
Предрассветных широких полей...
И я знаю, что все мои раны 
Исцелит лишь степной суховей...

 

ВОЗВРАЩЕНИЕ.

Снова пойдём мы чужие... забытые,
Дом свой искать после долгой разлуки — 
Молча нас встретят ворота забитые,
К нам не протянутся нежные руки —

 

С детства знакомые, дорого-близкие 
Образы в памяти вдруг потускнеют,
И хаты пустые, холодные, низкие 
Мраком могильным нам сердце обвеют.

 

И с жалобным воем собака чужая 
Оскалом голодным нас встретит одна,
И призраков мёртвых пугливая стая 
Посмотрит на нас из слепого окна...

 

Где мать... где невеста... сестра молодая?
Где вы, кто на свете так дорог и мил?
Но мгла не ответит... Тоскливая, злая... 
Никто не укажет забытых могил...

 

* * *
Нет в нашей жизни воли и полёта,
Копить тоску мы здесь обречены,
Не достаёт ковра нам самолёта,
Да может быть полей Родной Страны.

Наш мир — тюрьма за крепкими замками;
В который раз мы рвёмся из оков...
Но, где наш вождь, где первый между нами, 
Кто раскуёт неволю казаков?..

Пора! Пора! Идут на убыль сроки,
Земля зовёт и кровь отцов зовёт —
Горит Заря на пасмурном Востоке,
Но путь наш к Родине по прежнему далёк.

* * *

Испить бы из Дона шеломом,
Погладить певучий ковыль –
Болящего волей и домом
Покрыла дорожная пыль…

Иду, спотыкаясь и плача,
По злой и ненужной земле,
И знаю, что снова в Кремле
Я буду молиться святыням

За нашу российскую стать –
Не хочется мне на чужбине
Без речи родной умирать… 

* * *

Что-то сердцу недужится очень 
И не вьётся волос моих хмель; 
Постелила крылатая осень 
Для меня роковую постель.

Черный сумрак всё ближе и ближе, 
Обведён зачарованный круг,
Голова опускается ниже 
На изломы измученных рук.

Болен я! Ну, а чем — не скажу я.
Пусть стучится в окошко апрель —
Все равно для меня роковую 
Приготовила осень постель 

ВНУКАМ

Уйду в ничто – в надзвёздные просторы,
Моей земле оставив только прах…
Не длго ждать – исчезну скоро, скоро,
Как эхо гулкое в синеющих горах,

И будет мир широкий и безбрежный
Всё также жить в тревогах и мечтах,
И тот же ветер – радостный и нежный –
Будет шуметь в моём саду в кустах.

А дом – старик под обветшалой крышей –
В кругу раин забудет обо мне
И прах мой бренный будет тихо в нише
Стоять века в могильной тишине.

Пройдут года и выросшие внуки
Когда-нибудь найдут мою тетрадь
И в ней, прочтя о днях смертельной скуки,
Меня, быть может, будут вспоминать…

* * *

В моей стране, где светит солнце ярко,
Я был давно.
Туда весной летят и лебедь и казарка — 
Им суждено.

Но мне в края, приснившиеся в детстве. 
Заказан путь!..
Я лишь хочу от Родины в соседстве
Навек заснуть.

Мне только жаль, что не сгорел в пожаре 
Её огня;
А здесь лишь дни скорее душу старят 
И жгут меня...

 

* * *

Ничем мне тоску не развеять, 
Никак мне её не унять,
Никто не вернёт мне на свете 
Назад мою прежнюю стать.

 

Гляжу ли на север холодный, 
Смотрю ли на огненный юг — 
Мой путь одиноко-бесплодный 
Бесцелен, как рокоты вьюг.

 

Бывало голодный и нищий 
Я жил, как живут короли,
Не думал о крове и пище,
Не гнул головы до земли.

 

Теперь же тоска обуяла 
По вольному взлёту орла —
Ведь в жизни так сделано мало, 
А путь мой пурга замела.

 

Умчалися вешние воды;
И жизнь моя — тинистый пруд...
Уж скоро под вечные своды 
Положат мой стынущий труп.

 

* * *

Коль умру на чужбине далёкой, 
Не увидев родимых полей, 
Положите вы мне на могилу 
Лишь венок из степных ковылей.

 

Пусть растёт на забытой могиле 
Наш пахучий седой полынок,
А над холмиком крест одинокий 
Пусть глядит на далёкий Восток.

 

* **

Я всё передумал и взвесил — 
Быть может, всё миф и обман, 
Но сказка о Родине здесь мне, 
На раны души, как бальзам.

 

Что не было, нет и не будет 
Того, чем живу я и жил,
И зря лишь болею о чуде,
Что так я в мечтах полюбил.

 

Но знаю — коль правда сурова, 
Коль нет ни конца, ни начал,
Я буду обманывать снова 
Себя, потерявши причал.

 

Я верю, я знаю — так будет: 
Приеду, приду, принесут... 
Живой, одряхлевшею ль грудой, 
Иль просто распавшийся труп

 

На Дон, на родное кладбище, 
Где вербы седые шумят,
Где небо синее и чище,
Но всё же вернусь я назад!!.

 

* * *

Опять сошла с неведомой планеты,
Огнем обрызгав бледный мой закат,
Но знаю я — допета жизнь, допета 
И ничего нельзя вернуть назад...

 

Куда лететь, какие мне просторы 
Пронзить судьбой во век предрешено?.. 
Опять в плену... Опять должно быть скоро 
Во мне вскипит безумия вино...

 

* * *

Хоть уснуть бы, умаявшись за день, —
Путь изгнанья суров и тернист.
Снова временем день мой украден —
В книге жизни заломленный лист.

 

Вот и жизнь пролетела, как птица...
От любви и надежд ни следа —
Только в памяти, словно зарницы,
Расплываются, тая года...

 

* * *

Проходит жизнь, Иные уж дороги
Бегут в поля среди моих дорог.
Бесцелен путь и тяжелее ноги
И в сердце шевелится холодок

 

Иду к концу дорогой неизбежной,
Немая боль стучит в мои виски;
С души слетают стаей белоснежной
Былых надежд живые лепестки.

 

Земли родной былую благодать
Храню в душе , как россыпи жемчужин
Но никому меня здесь не понять,
Ни для кого я тут чужой не нужен.

 

* * *

Убегают думы на далёкий Север…
Стиснув зубы молча я гляжу туда.
Где цветёт ромашка и душистый клевер,
Одурью снотворной дышит лебеда.

 

Не хочу сознаться, что в душе ни тени
Не осталось больше от былых надежд…
Вот возьму гитару, заиграю «Сени»,
И слеза скатится из-под тихих вежд.

 

Средь чужих один я дни мои считаю;
Русь! – теряю силы, Русь не верю я…
Мыслями всё чаще к Дону улетаю
На восход далёкий, где моя земля.

 

* * *

Оглянусь — опускаются руки... 
Доживу ль — эта мысль, как огонь... 
Стынет сердце от долгой разлуки, 
Слабнут ноги от вечных погонь...

 

Лечь под холмик навек на чужбине, 
Раствориться в тени голубой,
И в холодной и пасмурной стыни 
Изойти неживою землей...

 

Нет! Не этот мне жребий готовил 
Мой покойный, заботливый дед... 
Слишком много мной видано крови, 
Слишком мало мной прожито лет!

 

* * *

Хоть бы горстку Российской землицы 
К раскалённому сердцу прижать,
В аромате её раствориться,
Аромат её пьяный вдыхать...

 

Отцвели парчевые одежды,
Впалых глаз отцвела синева,;.
Русь забытая, дальняя, — где ж ты 
Разроняла святые слова?..

 

Опущусь пред тобой на,колени...
На просторы твои помолюсь...
С каждым днём для меня ты нетленней, 
С каждым днём всё больней, моя Русь...